Трактор т 54 болгар: Ошибка 404. Страница не найдена — Объявления на сайте Авито

Содержание

Трактор Т-54В для работы на виноградниках

Узкогабаритный гусеничный трактор Т-54В производили с 1967года на Кишиневском тракторном заводе (КТЗ). Машина предназначалась главным образом для работ на виноградниках, что определило некоторые конструктивные особенности этой модели. В основу Т-54В легли инженерные решения, ранее воплощенные в тракторе МТЗ-50, выпускавшемся в Минске.

Он считался одним из лучших в СССР, однако специализация новой модели на виноградниках потребовала существенных изменений конструкции. В первую очередь они коснулись ходовой части: колеса были заменены гусеницами. В разработке и запуске в производство новой модели кишиневским специалистам помогали сотрудники Минского тракторного завода — конструкторы оригинального МТЗ-50.

Практически параллельно с молдавским предприятием выпуск Т-54В был налажен в Болгарии, в городе Карлово. Легкий, маневренный и достаточно универсальный трактор быстро стал популярным. В последующие годы два завода обеспечивали машинами виноградники как южных регионов СССР, так и стран Совета экономической взаимопомощи.

Хорошая наследственность

Одним из первенцев Минского завода, созданным в 1948 году, был МТЗ-2 — первый в стране трактор с гидронавесной системой, позволявшей обходиться без прицепщика. Однако уже через несколько лет он начал устаревать. По сравнению с более новыми моделями МТЗ-2 обладал слишком низкой скоростью и недостаточно экономично расходовал топливо. Оставляла желать лучшего и надежность машины.

Результатом модернизации стала линейка тракторов МТЗ-5, разработанная в 1955-1956 годах. Это были универсальные, мощные и экономичные машины. В 1956 году их усовершенствовали еще раз. Конструкторы завода спроектировали новый дизельный двигатель Д-50. Двумя годами позже вышли экспериментальные образцы трактора МТЗ-50. Его мощность достигала 55 л. с., а максимальная скорость — 25 км/ч. Кроме того, МТЗ-50 были значительно легче предшественников, более чем на 400 кг.

Именно эта модель, пользовавшаяся в СССР заслуженной популярностью, стала основой для Т-54.

Однако разработчики кишиневского трактора внесли в его конструкцию немало изменений. Главное из них касалось устройства ходовой части: МТЗ-50 был колесным трактором, в то время как Т-54 — гусеничным.

Кроме того, в отличие от минского универсала, он предназначался для работы на виноградниках. Это обусловило ряд других конструктивных особенностей, в частности в устройстве навески и механизма поворота, что обеспечивало большую маневренность, а также в форме и облицовке кабины. Позднее появилась модификация Т-54В, отличавшаяся от оригинала улучшенными гусеницами, закрытой кабиной и двигателем Д-50.

Для маневров на крутых склонах

Виноградники — специфический вид сельскохозяйственных угодий. Растения высаживают рядами, расстояние между которыми обычно составляет не больше 1,5-2 м. Кроме того, виноградники часто разбивают на горных склонах со значительным рельефом. Как следствие, обычный универсальный трактор, которым распахивают поля, здесь не подходит.

Машина для работы в таких специфических условиях должна быть узкой и маневренной, чтобы не повредить насаждения, а кроме того, успешно справляться с крутыми склонами, значит, быть достаточно легкой и мощной. Эти факторы и обусловили конструктивные особенности Т-54В.

Кишиневский завод выпускал две модификации этого трактора. Модель T-54B-С1 была универсальной. Ширина колеи этого трактора составляла 950 мм, а габаритная — 1259 мм. Он предназначался как для возделывания виноградников с междурядьями более 1,8 м, так и для работ общего назначения. Ширина колеи у модификации С2 составляла 850 мм, а габаритная — 1050 мм. Это был более специализированный трактор, предназначенный только для работы на виноградниках. Он мог спокойно маневрировать даже в междурядьях шириной всего 1,5 м.

Другой особенностью трактора была его оригинальная ходовая система. Опорные катки снабжались подшипниками качения, а смазка поступала централизованно: резервуаром для масла служили сами трубки тележки. Т-54В был достаточно легким, поэтому для лучшей работы навесных машин он был оснащен гидроувеличителем сцепного веса.

Широкий диапазон передач и скоростей позволял трактору работать с самыми разными тяговыми нагрузками. Кабина Т-54В отличалась довольно высокой комфортностью. Ее оборудование включало вентилятор, аптечку и бачок для питьевой воды. Специальное устройство отбирало теплый воздух от радиатора двигателя и подогревало им лобовое стекло, предотвращая его запотевание в холодное время года. Таким же способом поддерживалась температура в кабине. Мягкое сиденье можно было отрегулировать по массе и росту водителя.

Особенности конструкции

Ходовая часть трактора состоит из двух тележек с четырьмя опорными катками каждая, двух поддерживающих роликов, двух направляющих и двух ведущих колес, гусеничных цепей и подвески. Лонжероны тележек представляют собой трубу прямоугольного сечения, внутреннюю полость которой используют как резервуар для централизованной смазки подшипников опорных катков.

Гусеничное полотно собрано из 31 звена, они соединены один с другим пальцами. В проушины звеньев запрессованы разрезные пружинные втулки.

Трактор Т-54В оборудован раздельно-агрегатной гидравлической системой, механизмом задней навески и прицепным устройством. Гидравлическая система обеспечивает раздельное управление тремя цилиндрами, что позволяет использовать трактор в работе с навесными и прицепными гидрофицирован-ными машинами.

Механизм задней навески может быть переоборудован с трехточечной на двухточечную систему. Прицепное устройство жесткое, регулируемое, объединенное с механизмом задней навески. Положение точки прицепа можно регулировать в горизонтальной плоскости в пределах ±130 мм от продольной оси трактора с интервалом 65 мм, а в вертикальной плоскости в пределах 200-500 мм от грунта (бесступенчато).

Братская помощь

Как в разработке, так и во внедрении в производство Т-54В сотрудникам Кишиневского завода помогали минские специалисты. В 1960 году МТЗ открыл для коллег 84 школы, в которых новаторы тракторостроения обучали рабочих передовым методам труда. Курсы успешно окончили более 900 сотрудников Кишиневского завода.

Само предприятие в это время также активно развивалось. В работу ввели несколько новых цехов и участков: КТЗ теперь мог самостоятельно обеспечивать себя шестернями, которые производил по 7 млн штук в год. Был открыт ряд участков по обработке, сборке и окраске основных узлов и других деталей. Специальный цех опытного производства выпускал экспериментальные образцы новых тракторов. Здесь же проходили их испытания.

Трактор Т-54В производился не только для внутренних нужд страны, но и на экспорт. Особенную популярность он приобрел в усеянной множеством виноградников Болгарии.

СССР помог соседу построить первый собственный тракторный завод в городе Карлово, выпускавший порядка 15 тыс. машин в год. Освоение производства Т-54В в Болгарии началось еще до того, как с кишиневского конвейера сошла первая машина. В 1965 году конструкторы передали Карловскому заводу все чертежи новой модели. Документация на последующие изменения и усовершенствования также пересылалась с молдавского предприятия на болгарское.

Взаимодействие двух заводов не ограничивалось корреспонденцией. Сначала группа специалистов из Кишинева побывала в Карлово, чтобы помочь коллегам во внедрении новой машины. За это их даже удостоили звания ударников коммунистического труда Народной Республики Болгария. Позднее и карловская делегация посетила Кишиневский завод, чтобы перенять передовой опыту сотрудников предприятия.

Первый трактор Т-54В в Болгарии был выпущен в июле 1968 года. Всего год спустя объемы производства увеличились втрое. Впоследствии Карловский завод обеспечивал виноградниковыми тракторами все страны СЭВ.

Подпишись на наш Telegram-канал

★ Т 54 трактор | Информация

Пользователи также искали:

купить трактор т — 70, трактор болгар, трактор т 54 болгар купить, трактор т 54 купить бу, трактор т 54 на колесах, трактор т — 70, трактор т — 74, болгар купить, купить бу, болгар, т — 70, на колесах, т — 74, купить, т 54 трактор, трактор т 54 болгар купить, трактор т 54 купить бу, трактор болгар, трактор т — 70, трактор т 54 на колесах, трактор т — 74, купить трактор т — 70, трактор т 54, трактор т, 54в, трактор т 54в, т 54, трактор, 54 трактор, трактора т, tractor, тракторы, тракторов, трактора, трактор т54, 54л, трактора т 54,

БОЛГАР, как МОЛДАВАНИН / Трактор Т-54 Болгар/ Трактора и сельхозтехника СССР | Иван Зенкевич — Coub

БОЛГАР, как МОЛДАВАНИН / Трактор Т-54 Болгар/ Трактора и сельхозтехника СССР | Иван Зенкевич — Coub — The Biggest Video Meme Platform
  • Home
  • Hot
  • Random
  • Show more. ..

    Show less

  • My likes
  • Bookmarks
  • Communities
  • Animals & Pets

  • Mashup

  • Anime

  • Movies & TV

  • Gaming

  • Cartoons

  • Art & Design

  • Music

  • News & Politics

  • Sports

  • Science & Technology

  • Celebrity

  • Nature & Travel

  • Fashion & Beauty

  • Dance

  • Auto & Technique

  • NSFW

  • Featured

  • Coub of the Day

  • Dark Theme

Трактора Т-54 — техническое оснащение и особенности конструкции

Трактор т 54 инженеры создали, взяв за основу МТЗ-50, который был хорошей версией белорусских производителей. Сразу же после того, как трактор представили на рынке, модель стала востребованной. Трактор Т 54 подойдет для тех, кто занимается виноградниками, ведь создан он был специально для работы на виноградных плантациях. Более усовершенствованной версией можно назвать трактор Т 54 в.

По строению, внутреннему наполнению и целям, которые преследовали изготовители, он практически не отличается от своего знаменитого предшественника. Разница лишь в том, что новая модель имеет кабину закрытого типа, а также немного измененную систему гусениц.

Особенности конструкции

Т 54в можно было поделить на 2 типа:

  • С1 – с шириной колеи 950 мм.
  • С2 – с шириной колеи 850 мм.

Такая, казалось бы, совсем незначительная особенность давала возможность использовать технику на виноградниках, с разными по ширине междурядьями. Трактор Т 54в также позволяет соединить его с навесным оборудованием, а это делает возможным помогать выращивать и убирать виноград.

Техническое оснащение

Возможность минимизировать влияние на грунт, предоставляют особые технические характеристики трактора.

  • Большое значение в этом деле играет ширина гусениц, а именно – звена, размер которого составляет 300 мм.
  • Масса аппарата составляет 3530 кг.
  • Трактор Т 54 имеет силовую дизельную систему Д-50. Двигатель состоит из четырех контактов, с таким же количеством цилиндров и объемом в 4.75 литров. Рассматриваемая техника может похвастаться 50 лошадиными силами.
  • Производители позаботились о том, что машины будут работать в трудных условиях, в низком температурном режиме. Здесь появилась функция разогрева перед стартом. Все это происходит благодаря П 16-Е, который является помощником в моторном разогреве.
  • Трактор, известный, как Болгар может похвастаться весьма приятными цифрами в плане расхода топлива – всего 195 гр/л.с. час.
  • Кабина с вентиляцией и отоплением, но рассчитана только на одного человека.

YouTube

Тажна сила-1-2150 (кп) 1750 от / мин

Взаимодействие с другими людьми

2011 г.декабрь 28 Szarvasi veteránjármű barátikör évzáró gépindítás. DT 54 lánctalpas traktor hideg indítása kétütemű indító motorral, ezután T 74 lánctalpas indítá

YouTube

Unsere Bolgar TL 30 A beim ziehen von Eichenstamm-stücken (около 1,7 т).

YouTube

T54-B- cabrio-без кабины и клетки

YouTube

Vyráběl se v Čeljabinském traktorovém závodě.Взгляните на подкладку американских лицензий Caterpillar. Od roku 1958 byl produkován traktor S-100 s motorem

YouTube

Odrhrnanie zeminy

YouTube

Pasák jsem viděl na jedný farmě a jelikož se mě ještě nestalo abych jej někde spatřil, tak jsem ho pro vás nafotil. Nicmoc … jenom pár základních snimečků ale

YouTube

Трактор гусеничный мелиоративный «БЕЛАРУС» 1502-01 предназначен для работы на мягких и влажных почвах в сочетании с мелиорацией, сельхозугодиями А

YouTube

Робение приеходу в лес.

YouTube

Zřejmě dobrý oddíl STM Březka (Středisko těžké Mechanizace)

YouTube

Дост строгий копец, мокра хлина пасак смыкал эль вы сиэль.

YouTube

Гуманитарные науки | Бесплатный полнотекстовый | Оно в воде: византийское приграничье и деревенская война

1.«Мы никогда не вернемся в нашу деревню, или мы умрем»

К началу августа 2014 года Исламское государство (ИГ) взяло город Синджар и разграбило близлежащие деревни на северо-западе Ирака. Масштабы этой катастрофы потрясли мир. Когда они штурмовали езидские деревни, боевики ИГ взяли в плен тысячи женщин и детей. Десятки тысяч беженцев-езидов покинули свои дома, сжимая себя и все, что они могли унести на пикапах и тракторах. Эти караваны бегущих людей заполнили дороги через Курдистан.Тысячи людей искали убежище на священной горе езидов, горе Синджар. Гора была бесплодна; Особенно тревожным было то, что доступная вода поступала только из мелких ручьев. Сообщалось, что, чтобы утолить жажду своих детей, родители прибегали к плеванию в рот. Все большее число людей бежало на территорию, контролируемую курдскими ополченцами, только чтобы оказаться в импровизированных лагерях. Одно было ясно. Даже когда дети умоляли вернуться домой, их встретила отставка родителей.Как сказал один отец: «Мы никогда не вернемся в нашу деревню, иначе мы умрем». Между тем, опасаясь краха близлежащего Эрбиля и курдского оплота против ИГ, президент Обама санкционировал доставку гуманитарной помощи военным самолетом: бомбы для боевики и еда для беженцев. Последовали новые разрушения. К лету 2015 года один миллион человек, многие из которых были из этого региона, сели на шаткие лодки и пересекли границу Европы, и с тех пор тысячи мужчин, женщин и детей погибли в этой попытке1. Синджар стал международной историей.Мир с ужасом наблюдал, как журналисты фотографировали людей, собравшихся на этой пустынной вершине горы, и публиковали отчеты о банальности резни и рабства для боевиков ИГ, когда они перемещали свои боевые силы через приграничную зону между Турцией, Сирией и Ираком. Мы хотим верить, что в ИГ и его тактике есть что-то в сущности досовременное и незападное. Это новые варвары, стоящие у ворот мировой капиталистической системы. Но такое мышление — это своего рода «мнемоническая близорукость».2 На самом деле, это старая история, рассказанная в новых средствах массовой информации. Размышления о прошлом превращают специфику настоящего ужаса в печальное признание того, что эти привычки к деградации преследовали человечество на протяжении тысячелетий. Межгосударственная война разыгрывается в приграничных районах, ее театр боевых действий сосредоточен на деревнях, жертвах-крестьянах, ее характерных потоках беженцев. Эти смещения войны являются, если воспользоваться фразой журналиста, освещающего недавние конфликты, частью нервной системы людей в зонах боевых действий.3 Более того, катализирующие материалы для этого специального выпуска приглашают нас увидеть, что перемещения войны стали наследием, передаваемым от одного поколения к другому, «наследием беженцев», которое меняет определение того, что значит сказать, что вы дома — условие быть из мест, куда вы не можете вернуться, и жить в местах, которые вам не принадлежат. 4 В то же время, когда бойцов ИГ объявляют немыслимыми варварами, растет ностальгия по западному империализму. Хор апологетов европейских империй прошлого и жестокого механизма колониальной эксплуатации все чаще звучит в публичном дискурсе.5 Цель этого эссе — напомнить о том простом факте, что империалистические и авторитарные режимы всегда устанавливали свою власть, контролируя деревню и ее жителей. Чтобы проиллюстрировать этот момент, в этом эссе рассматриваются смещения войн в византийских окраинах, сосредоточиваясь примерно на том же регионе, пораженном ИГ, и амбициях длинного списка комбатантов, который простирается от настоящего до далекого прошлого: Западная Азия вдоль побережья. окраины современных государств Турции, Сирии и Ирака.Я хотел бы обозначить разницу между восприятием византийских имперских субъектов о приграничных территориях и их жителях и последствиями этого восприятия для крестьянства.6 Это исследование особенно интересует, как использование идеологически заряженных слов, таких как «стратегия, «опыт» и «безопасность» создали необходимые условия для разрушения деревень и повседневного вытеснения сельских жителей из их домов. Источниками этого очерка является серия военных наставлений, написанных командующими византийской армией впервые в конце шестого века. века, а затем снова в десятом веке.7 Они являются частью давней греко-римской традиции писать о стратегии. В этом смысле военные наставления местами являются производными и в целом предписывают, устанавливая, что следует делать, а не описывают конкретные ситуации. Они были написаны простой греческой прозой и предназначались для практического обучения тех, кто идет на театр военных действий. Это не полевые отчеты, и они не записывают голоса тех, кто больше всего пострадал от войны — крестьян. Также стоит отметить, что византийское государство резко изменилось между шестым и десятым веками, как и его противники.Эти изменения включали размер византийской территории, снабжение армии, вербовку солдат, организацию провинций и оспаривание претензий императора на территорию, особенно создание исламских государств в седьмом веке вдоль побережья Средиземного моря и многое другое. или менее постоянное состояние войны, которое последовало за этим.8 Несмотря на ограниченность источников и множество значительных изменений, которые повлияли на византийское управление в эти века, военные наставления, тем не менее, последовательно показывают, что одна из основных проблем комбатантов по обе стороны Византийской границей были села Родины.9

2. Защита Романии: опыт, безопасность и ландшафт

Для византийских военачальников поле битвы было театром, в котором разум и опыт привели к успешному исполнению роли защитника родины. Эта родина описывается по-разному, но часто изображается как территория с известными границами, подчиняющаяся священной власти императора в Константинополе.10 Первые строки Stratêgikon конца шестого века, которые приписываются императору Маурикиос, заявляют, что работа была предпринята благодаря «преданности politeia» (pro tên politeian горметенты).11 В Peri Paradromês 10 века («О схватке») родина называется Romanía; «наши регионы» (chôrai) указаны в противоположность их chôra, и эти регионы имеют различимые «границы» (akra) . 12 Другое руководство указывает на «тех, кто живет на границах римского царства (akra tês Rhômaiôn archês) и наши враги являются соседями »13. Окруженная такими соседями, эта современная Римская империя нуждалась в офицерах, способных справиться с этой задачей. В военных наставлениях перечислены лучшие качества, которые должны проявлять командиры.«Неопытность» (апейра) ведет к катастрофе, в то время как «опыт» (пейра) имеет основополагающее значение для получения более глубоких знаний о тактике, успехе и ландшафте войны14. образ жизни и сознательные способы, которыми он принимает трудные решения. Согласно анонимному Peri Stratêgias 10 века (О стратегии), «генерал должен быть храбрым в своей решимости (andreion têi gnômêi), естественно подходящим для командования, глубоким мышлением, здравым в своих суждениях, в хорошем физическом состоянии, трудолюбивым». , эмоционально стабильный.’15 Эти качества позволят командиру успешно вести армию в походе. Но успех, как нам неоднократно говорят, в конечном итоге был в руках Бога. Таким образом, поле битвы также было местом, где резня врага и разграбление его территории были свидетельством как опыта полководца, так и благосклонности христианского бога и Девы Марии.16 Для дальнейшего важно увидеть воюющую армию. как официально санкционированное мобильное население, состоящее из нескольких боевых единиц, обоза, рабов, а иногда и членов семей солдат, включая детей.17 Действительно, в военных наставлениях солдат иногда называют oikeioi: во время марша солдаты (oikeioi) считались иждивенцами в доме командира (oikos). деревнях (хория) предполагалось, что солдатам необходимо будет регулярно находить и добывать пищу, воду и другие припасы. Эта необходимость также учитывалась командиром в его знаниях и опыте.Согласно Stratêgikon, «генерал должен хорошо знать [katanoeitô] страну [chôrion], является ли она здоровой, безопасной или нездоровой для его войск и негостеприимной, и есть ли поблизости такие предметы первой необходимости, как вода, дрова и фураж». 19 Советы заполняют руководства о том, как и при каких обстоятельствах добывать ресурсы у друзей и врагов. Таким образом, в этом типе мышления Романия представляла собой собрание хораи и хориа. Это говорит о том, что византийское государство и те, кто наделен властью на местном уровне, включая командиров, рассматривали территорию как лоскутное одеяло из частных участков сельскохозяйственных угодий (chôrai) и деревень (chôria).В то время как византийский закон учитывал тот факт, что сельская местность была сложным местом экономических взаимодействий, состоящим из свободных крестьян, а также помещиков и их арендаторов, военные уставы изображают их не столько включенными в функционирующее сельское общество, сколько упрощенное царство деревень. и сельские жители, зависящие от византийских командиров.20. Определение территории таким образом и возложение ее защиты на командиров с набором качеств, которые подчеркивали, прежде всего, «опыт», отодвинули ландшафт и его жителей в стратегическую категорию «безопасности» (асфалея).Деревни, сельские жители и сельхозугодья были материальными и человеческими ресурсами. Что касается вопросов безопасности, они, таким образом, были аналогичны другим вопросам, вызывающим озабоченность, которые привлекали тот же словарный запас (асфалея) в военных уставах: обоз, дети солдат, армия, вражеские дезертиры, армейский лагерь, критические ресурсы, такие как воды, пока армия находится в осаде.21 Напротив, нам говорят, что только неопытные командиры и недисциплинированные светловолосые варвары, такие как франки и лангобарды, пренебрегали этим режимом безопасности (асфалея).22

3. Деревенская война

Поддержание безопасности деревень и разрушение деревень врага означало, что деревня была центром продолжающихся конфликтов между Византией и ее соседями. Такое нападение на мирных жителей не было сопутствующим ущербом, непреднамеренным последствием войны; вместо этого мы увидим, что стратегическая центральная роль деревень в ведении войны составляет то, что я буду называть в этом эссе «деревенской войной». Этот термин, «деревенская война», первоначально появился в исследованиях американской войны во Вьетнаме. описать проникновение в деревни националистических революционных повстанцев, борющихся против правительства Южного Вьетнама в первые годы 1960-х годов.Подобно тому, как деревня была источником поддержки и идеологического оправдания повстанцев, советники и военнослужащие США также рассматривали деревню как центр тактики борьбы с повстанцами. Для всех сторон в этом конфликте мечта о победе требовала защиты деревень, перемещения деревень в защищаемые зоны или полного уничтожения деревень23. Не требуется больших усилий, чтобы найти аналогичные примеры из других конфликтов. Для империалистов обеспечение безопасности государства и его колоний часто означало вглядываться в сельскую местность, чтобы увидеть, где могут возникнуть опасности.Когда империи чувствуют, что они рушатся на своих окраинах, как бы они ни были определены, крестьяне обычно платят самую высокую цену своей жизнью, скотом и будущим24. Мы увидим, что для византийских империалистов, как и авторов военных уставов, деревни были местонахождение предметов первой необходимости, таких как зерно, домашний скот и лошади; они поставляли рабочую силу для специальных формирований и расставляли искусные ловушки; они были источником сведений о передвижениях врага; а их опасность и безопасность были примером империалистической доброжелательности Византии. Безусловно, византийские военачальники не пытались коренным образом изменить крестьянское общество, проникая в деревни, устраняя их руководство и заменяя его националистическими идеологами. Однако византийская пограничная стратегия предполагала симбиоз между вооруженными силами и крестьянством: деревня поставляла ресурсы и подчинялась директивам императора и его представителей в обмен на безопасность от хищных экстерриториальных врагов. Как мы увидим, безопасность в глазах смотрящего.Давайте сначала обратимся к способам, которыми византийское государство пыталось защитить деревни от собственных вооруженных сил. Мобильное хозяйство командира и его армии разными способами демонстрировало свою заботу о «деревенских жителях», их стадах и имуществе. В руководствах подчеркивается юридическая обязанность и стратегическая важность защиты местного населения от непреднамеренного вреда. В анонимном трактате шестого века Peri Stratêgias с полной уверенностью говорится: «Человек, который хочет вести войну против врага, должен сначала убедиться, что его собственные земли [ta oikeia] находятся в безопасности [en asphaleia]. Под безопасным [асфальтовым] я имею в виду безопасность не только армии, но и городов [полисов] и всей страны [хорас], чтобы люди, которые там живут [oikêtoras], не могли пострадать от врага ». 25 Враг был не единственной заботой. Главный источник опасности исходил от самой армии. Stratêgikon требует, чтобы солдаты, причиняющие вред налогоплательщикам (syntelestês), были принуждены к выплате справедливой компенсации. В отличие от тех, кто был юридически привязан к земле (колони), эти налогоплательщики были свободными собственниками и пользовались повышенным статусом в своих местных общинах.26 Этот ущерб связан с незаконным угоном скота или ненужным уничтожением полей. Особое внимание следует уделять, продолжает Stratêgikon, «возделываемым полям» (geôrgêthentôn topôn) «налогоплательщиков» (hypoteleis). Таким образом, командир должен следить за тем, чтобы каждая из его дивизий проходила через поля одна за другой. Таким образом будет обеспечена «безопасность фермера» (tou geôrgiou to asphales) 27. Так много за непреднамеренный ущерб сельскому населению от рук византийских солдат.Стратегическое значение безопасности, как оно определено в официальном дискурсе, также означало, что византийские командиры намеренно наносили ущерб или позволяли причинять вред деревням и их жителям. Таких ситуаций предостаточно в военных наставлениях. Они показывают, что мир «деревенских жителей» характеризовался утратой имущества, смертью и вынужденной мобильностью, и не только из-за рисков, которые регулярно характерны для крестьянской жизни, таких как вредители, засуха и продовольственный кризис28. Деревни были главными целями во время войны, особенно во время сбора урожая в конце лета.29 Обеспечение безопасности деревень и созревающих культур вокруг них увеличивало вероятность перемещения сельских жителей. В некоторых случаях деревни (хориа) были предупреждены о нападении врага заранее. Peri Paradromês десятого века называет тех, кому поручено организовать эти чрезвычайные меры, ekspêlatores (лат. Expilatores). Они должны были приказать эвакуированным взять себя и своих животных в поисках убежища в горных крепостях или укрепленных городах.30 Но этих эвакуированных можно было отвратить от крепостей и укрепленных городов, которые, по крайней мере, номинально находились там, чтобы защитить их и их собственность.Те, кого считали «бесполезными» (ахрестон) для военной кампании, были бы вынуждены продолжить свое несчастное путешествие и искать убежище в другом месте, в зависимости от количества имеющихся припасов для поддержки солдат. К «бесполезным» относились наиболее уязвимые: женщины, старики и дети.31 В других случаях не было времени на организацию эвакуации. Поэтому командирам было рекомендовано следить за вражеской армией, преследуя ее ложными боями, особенно ночью: «Таким образом, враг будет хорошо осведомлен о том, что генерал следует за ними, и они будут сдерживаться и не осмелятся выбраться наружу. все и нападают на деревни [chôriôn].С помощью таких процедур он спасет жителей деревни от надвигающегося нападения и из плена, и они сохранят свою свободу »32. Это был наилучший сценарий: без перемещения, без смерти, без ущерба собственности. Тех, кто действительно лишился свободы, тащили обратно к границе, чтобы использовать для получения труда, выкупа и информации.33 Когда это было возможно, этих пленников и их имущество спасали, когда византийская армия преследовала и устраивала засаду на возвращающегося домой врага34. В то же время забота о местных жителях была встречена с долей бессердечия.Местные жители знали бы, была ли византийская армия в этом районе. Если бы некоторые из них были захвачены врагом, это было бы приемлемо, потому что враг узнал бы от этих пленных крестьян, с чем он столкнулся. Тогда враг мог испугаться и пересмотреть свое нападение.35 Для византийских полководцев и их врагов деревни могли быть местом опасности. Даже дружественная деревня могла укрывать вражеских шпионов (катаскопои) 36. Они также могли быть местом, где командиры могли продемонстрировать свое мастерство.Хотя, как мы видели выше, «безопасность фермера» была стратегической задачей, их эвакуированные деревни были другим вопросом. Они предоставили командирам множество возможностей для засады, и, таким образом, деревня стала прокси-полем битвы для конкурирующих армий. Наиболее ярко это описывается в Peri Paradromês 10 века, где основное внимание в трактате уделяется мелкомасштабным, быстро проводимым сражениям с мусульманскими армиями эмирата Хамданидов в Алеппо37. Отряды конных солдат — до сотни или около того. рекомендуется — прятаться в стратегически важных местах за пределами деревни.Лучше всего подходили высокие места, такие как холмы и горы, и требовалось терпение. Отсюда они могли наблюдать, как враг въезжает в деревню. Когда враг спешился и начал грабить дома в поисках еды, монет и других припасов, византийские всадники должны были ворваться в деревню, убить и взять в плен как можно больше участников набега. Более того, когда противник бежал к главному лагерю эмира, он встретил еще больше подстерегающих византийских солдат, и за этим последовало бы еще больше смертей.38 Тот же трактат заверяет читателя, что этот совет был рожден « опытом » (пейра), но добавляет напоминание о том, что успех полководца в конечном итоге зависел от милости бога. 39 Использование деревень в качестве места для хищников, похищений и похищений Засады были обычным делом как для византийской армии, так и для ее врагов. Когда командиры двигались через византийскую окраину, проявляя свой «опыт и мужество», эти опасности и перемещения составляли нормальный образ жизни оседлого населения, для которого эти похвальные качества руководства не компенсировали потерю дома, собственности и жизни. .Эвакуированные деревни не только служили источником добычи, но и использовались в качестве эрзац-лагерей для византийских войск, а их дома можно было добывать для получения необходимых ресурсов. Таким образом, Peri Paradromês советует командирам поджигать дружественные деревни, особенно в районах, где мало деревьев, чтобы предотвратить разрушение их деревянных крыш и их использование врагом40. намеренного уничтожения посевов.41 Строительство крепости могло иметь разрушительные местные последствия.Согласно Stratêgikon: «Если сейчас лето, посевы в окрестностях следует сжечь, но если это сложно сделать, уничтожьте их каким-либо другим способом» 42. В районах, окружающих крепости, целью было привлечь как можно больше ресурсов. в крепости, превратив таким образом плодородный ландшафт в пустошь. Был схвачен скот, и византийские солдаты уничтожили все оставшиеся в этом районе провизии, так что врагу нечего было использовать43. Более того, этот взгляд на ландшафт как на потенциально изменнический был парадигматическим.Peri Stratêgias указывает на знаменитого полководца Юстиниана Велисария: «Когда враг был настолько велик, что он не мог противостоять ему, он уничтожал провизию в этом районе до того, как они появились» 44. Считая свой собственный ландшафт потенциально предательским или предательским. Враг как потенциально злобный означал создание определенных иллюзий. В то время как сожженные деревни и поля были явным знаком для врага, что ландшафт будет неустойчивым и идти тяжело, были менее очевидные способы повернуть сам ландшафт против врага — и еще больше подвергнуть опасности сельское население во имя безопасности.Государства и военизированные формирования обычно применяют официально санкционированные, а иногда и скрытые формы терроризма, такие как отравление источников воды и сельскохозяйственных культур. Сегодня международное сообщество объявляет это химическим оружием, даже если оно продолжается и по сей день. Но в военных уставах эта практика одновременно и рекомендуется, и ничем не примечательна. Stratêgikon дважды упоминает эту форму «химической войны». В первом случае трактат рекомендует использовать эту тактику во время кампании на вражеской территории: «Генерал должен составить планы, чтобы победить врага не только оружием, но и с помощью зерна и питья [dia sitiôn kai hydatos], делая воду непригодной для употребления. пить и травить зерно.Он также должен знать, как мы можем защитить себя от таких мер и как не стать их жертвой »45. Хотя в трактате не уточняется, как именно отравить эти ресурсы, он предлагает, как определить, были ли украденные продукты загрязненный: «Любое вино или хлеб [артон], найденные на местном уровне, нельзя пить или есть до тех пор, пока они не будут проверены, давая их заключенным [aichmalôtôn] … Воду из колодцев, — продолжает автор, — нельзя пить, потому что она часто будет были отравлены [Pharmakois]. 46 Это потенциально смертельное использование местных пленных таким образом отражается в других формах уловок с участием сельского населения. Peri Paradromês описывает тщательно продуманную уловку, которую совершил «храбрый и очень опытный человек» (андреон кай эмпейротатон), чтобы заманить врага в засаду. Он соберет команду до двадцати человек. Некоторые из них будут солдатами, некоторые будут настоящими земледельцами и пастухами, но все они будут одеты как фермеры, в частности как крестьянские сторожа (ойкофилаки). Этот крестьянский маскарад требовал внимания к деталям.Их головы должны были быть открытыми, они должны были носить короткие посохи, а некоторые из них должны были быть босиком. План состоял в том, чтобы они притворились некомбатантами, разъезжающими на лошадях из деревни в деревню, чтобы собрать скот, лошадей и мулов и доставить их в укрепленное место. Этот поток беженцев (хотя некоторые из местных жителей на самом деле были бы беженцами) и их драгоценный скот привлекут внимание врага. Когда противник заглотил наживку и бросился в сторону засады, невооруженные люди, одетые как фермеры и крестьянские сторожа, вели врага прямо в ловушку.47 Из этого примера неясно, были ли такие операции обычным явлением и какое влияние они оказали на образ фермера для византийских солдат и их врагов. По крайней мере, один из других трактатов рекомендует другой аналогичный маскарад, на этот раз с переодеванием солдат в « слуг » (hypourgoi) и смешиванием себя с настоящими слугами.48 Византийские командиры, однако, пытались посеять конфликт в сельских общинах на вражеской территории, обращаясь крестьяне против местных элит. Согласно Stratêgikon, «одним из способов вызвать раздор и подозрение среди врагов является воздержание от сжигания и разграбления имений [chôria] некоторых выдающихся людей [Episêmôn] на их стороне и только их.’49

4. «Положение дел было не менее тяжким, чем плен»

Обсуждаемые здесь военные уставы лишь дают представление военных чиновников о пейзаже войны и сельском населении. Для этих людей «безопасность» требовала хищнических отношений по отношению к сельскому населению по обе стороны границы. Нам не хватает крестьянской точки зрения. Мы находим намеки в других письменных источниках, подтверждающие очевидное: сельское население всегда настороженно относилось к государственным институтам, политике и действиям, особенно когда политика напрямую вторгалась в жизнь деревни описанным выше образом.

Хотя имеется ограниченное количество свидетельств того, что крестьяне могли быть зачислены и сражаться в местных ополченцах, 50 мы чаще встречаем анекдоты и редакционные комментарии, которые иллюстрируют то, что жители Византии иногда воспринимали присутствие византийской армии как враждебное лицо. оккупации и что косвенные последствия войны в одном регионе резко повлияли на жизнь людей, живущих в других местах. В начале девятого века византийские окраины на севере были чрезвычайно опасными.К 812/13 г. булгарский крам (греч. Kroummos) сумел совершить глубокие набеги на Византийскую Фракию. Недавно вступивший в должность император Михаил I (811–813) собрал вдоль фракийской границы тысячи солдат со всей империи. Это вызвало недовольство, согласно летописи Феофана Исповедника, особенно среди жителей провинций (фематов) Каппадокии и Армении. Эти недовольные и вынужденные переселенцы вскоре стали причиной опустошения оседлого населения. Вместо того, чтобы атаковать силы Крума через границу, император и его войска бродили по Византийской Фракии, на ходу реквизируя припасы.По словам Феофана: «Присутствие такой толпы наших соотечественников (homophulôn), которые испытывали недостаток в припасах и разоряли местных жителей (egchôrous) грабежом и вторжением, было более ужасным, чем нападение варваров» 51. , еще хуже постигло местных жителей по всей империи. Феофан сообщает, что в 809/10 г. император Никифор I (802–811 гг.) Приказал массовое переселение людей из Малой Азии для переселения в Македонию и Грецию на земли, до того заселенные славянами. Они были вынуждены продать свои земли и имущество, что привело к нищете. По словам Феофана, с учетом приукрашивания, эффект для этих официально санкционированных беженцев был, опять же, хуже, чем если бы они были захвачены врагом: «Такое положение дел было не менее печальным, чем плен: многие по своей глупости богохульствовали и богохульствовали. молились, чтобы на них вторгся враг, другие плакали у могил своих предков и превозносили счастье мертвых; некоторые даже повесились, чтобы их спасти от такого ужасного перехода »52. Неправильное положение, связанное с войной, может быть не только физическим, психологическим и материальным, но и проявляться в широком спектре различий.Как указывалось выше, византийские солдаты регулярно проводили кампании вместе с солдатами из разных регионов империи. Они также имели дело с местным населением, чьи религии и языки отличались от их собственных. Это не всегда было желанной встречей. Сирийская хроника Псевдо-Джошуа Столпника, хотя и предшествует миру, навеянному византийскими военными уставами и сосредоточивая внимание на оккупации города и его внутренних районов, освещает ловушки размещения иностранных войск во имя безопасности. Хроника повествует о византийской оккупации его родного города Эдессы в верхней Месопотамии (современная Шанлыурфа на юго-востоке Турции) в 506 году. Император Анастасий собрал войска в этом регионе, чтобы остановить продвижение сасанидской персидской армии к восточной границе. Для Иисуса Навина и сирийцев, говорящих на Эдессе, византийские солдаты были иностранцами: они были «римлянами» (Rhomâyê) и «готами» (Gôtâyê). «Римские» солдаты заставляли местных жителей черпать для них воду; «римляне» заставляли пекарей выпекать закуски и хлеб за свой счет; у «римлян» было больше еды, питья и одежды, чем у местных жителей.Еще хуже было безудержное поведение «готов». «Готы» хватали кровати и снимали с людей одежду, собирали скот и грабили запасы провизии, включая оливковое масло, дрова, соль и овощи. Они насиловали местных женщин, подвергали необоснованным избиениям и даже безнаказанно совершали убийства. Эти иностранные солдаты заняли не только город Эдессу, но и прилегающую территорию, где они размещались в деревнях и монастырях. Здесь они загоняли скот и жестоко обращались с фермерами, которые осмеливались собирать урожай.Все это способствовало осуждению Джошуа своего времени как «злых времен» 53. Эти унижения со стороны византийских войск и их готских наемников были частью хранилища местной памяти. Для христиан Эдесса это был лишь последний пример иностранных военных спасителей, которые принесли разрушение во имя безопасности54. Точно так же, как Феофан охарактеризовал присутствие византийской армии как варварское пленение, Иисус Навин говорит адресату своей хроники: «Вы должны имейте в виду, что когда те, кто пришел к нам на помощь якобы как спасители …, они грабили нас почти как врагов.’55 Повторение этого мнения в греческих и сирийских источниках, возможно, было почерпнуто из источника народного недовольства, которое поставило под сомнение патернализм, пронизывающий византийские военные уставы. Хотя нам приходится полагаться на местные элиты, такие как Джошуа, и монашеские элиты, такие как Феофан, в сообщениях о реакции крестьян на военные операции Византии, легко найти аналогичные реакции среди тех, кто в настоящее время живет в тени иностранных военных баз и оккупационных сил. Недавнее открытие огромного гарнизона армии США в Хамфри к югу от Сеула, Южная Корея, возродило многолетние протесты против США.С. военное присутствие на Корейском полуострове. Эти протесты неоднократно фокусировались на местных расходах на размещение союзной державы во имя безопасности. Как недавно сказал корейский ученый: «Даже если в конце концов вы думаете, что базы существуют для обеспечения стабильности и безопасности, мы думаем о национальной безопасности, но как насчет безопасности человека или, на самом местном уровне, о чем стоило ли иметь такую ​​большую инфраструктуру? Все это часть вопроса о том, кто определяет мир и безопасность.’56 Взятые вместе, эти голоса, хотя и разделенные обстоятельствами и огромной хронологической пропастью, побуждают нас искать и представлять себе, как сами крестьяне думали о ландшафтах войны иначе, чем их хозяева и спасители.

5. Пчеловод с Дохука

Можно сделать вывод, что некоторые из того, что было подробно описано выше, особенно нападения на гражданское население во имя имперской безопасности, имеют отношение к типу экстремальных ситуаций, которые осуждаются Женевскими конвенциями. Женевские конвенции были написаны с предположением, что войны часто приводят к гибели и перемещению гражданских лиц. Эти ограничения, однако, эффективны только для того, чтобы высветить (весьма избирательным образом) постоянное преследование гражданских лиц государственными и военизированными армиями. Они редко смягчают укоренившиеся военные привычки, которые так часто требуют бессмысленного насилия против тех, кто плохо вооружен, чтобы противостоять солдатам с современным оружием. Современная война с ее беспилотными летательными аппаратами и высокоточными бомбами не пощадила деревни и сельских жителей.В самом деле, пока я пишу эти слова, деревенская война продолжается без конца. В недалеком прошлом в Алжире, Вьетнаме и Боснии; совсем недавно в оккупированной Палестине, в курдских регионах на севере Сирии и Ирака, во время саудовско-американской войны против шиитских повстанцев в Йемене, в штате Ракхайн в Мьянме, в Нигере и Сомали и во многих других частях мира. В ответ для тех, кто стал жертвой насилия, они должны присоединиться к другим, ищущим убежища, и бежать из зоны конфликта.

В рассматриваемый здесь исторический период хрупкость и ненадежность сельской жизни были встречены фатализмом, но не пассивным принятием.57 Хроника Псевдо-Джошуа — это развернутое оплакивание: грехи людей обрушили тяжелую руку божественного гнева в форме бедствий, вторжений и унижений со стороны потенциальных римских спасителей58. отдельные акты сопротивления, такие как семья, защищающая римского военного чиновника от кровожадной банды готов59. Существовали и другие стратегии преодоления межобщинных и внутриобщинных конфликтов. Питер Браун обратил внимание на деятельность христианских святых мужчин и женщин в качестве арбитров в спорах в относительно благополучных позднеримских деревнях известнякового массива на севере Сирии, а также на магов и обвинения в колдовстве в том же контексте.60 Вдоль византийской границы мы также находим в Сасанидской Месопотамии (где сейчас находится северный Ирак), что маги начали писать заклинания на глиняных чашах для своих клиентов в шестом веке и продолжали делать это до седьмого века, когда эта практика прекратилась. Заклинания были написаны на арамейском, сирийском, манде, арабском и среднеперсидском языках, и их использовали христиане, евреи, манихеи, мандеи и зороастрийцы.61 Одной из особенностей заклинаний является включение рассказа (историола).Эти истории называют демонов источником неприятностей и обращаются к ангелам с просьбой о внезапной потере членов семьи. Образы пропитаны языком войны: «[Фаланга демонов и отряд нехороших были в смятении, отряд дэвов и отряд лилитов были в смятении. Стонал барабан восстания, кричал рог разрушения. Котлы кипели от ярости, огромные котлы разрушения кипели .’62 Заклинания также издают угрозы на языке войны.В одном из них злому духу рассказывают, что его судьба будет похожа на судьбу человека, вытесненного конфликтом: «ты, злой дух, они запретят тебя, сломают тебя и отлучат от церкви, как были разрушены могущественные укрепленные города». злому духу приказывают « удалиться, изгнать и уйти, уйти и уничтожить » его жертву.63 Чаши для заклинаний и присутствие в сельском обществе мужчин и женщин, обвиненных в святости, а также недавние деревенские войны учат что нам нужно настроиться на то, что неформальные негосударственные субъекты часто остаются с ответственностью за исправление потерь и разрешение внутриобщинных конфликтов. Для этого нам нужно вернуться к езидам горы Синджар. Когда езиды, которым удалось бежать, начали возвращаться в свои деревни в курдских районах северного Ирака зимой 2015 года, они обнаружили ямы, полные останков их семей и друзей, наспех засыпанные грязью. ИГ убило всех, кого могло, забрав с собой только женщин и детей, когда они переходили из деревни в деревню, и в конечном итоге увезло своих жертв в Сирию.64 Более шести тысяч женщин и детей исчезли.При скудной помощи со стороны государственных структур или наднациональных и международных организаций выжившие езиды организовали свои собственные усилия по обнаружению и освобождению пленников. Они сформировали секретные сети шпионов, в ходе которых они изображали из себя продавцов шоколада и курьеров для пекарен. В этой обстановке пчеловод из езидской деревни Дохук Абдулла Шрим нашел новое призвание. Его история показывает разрушительные последствия деревенских войн. 56 его родственников были схвачены ИГ.С тех пор он организовал освобождение более трехсот своих собратьев-езидов, каждый из которых потребовал выплаты выкупа в тысячи долларов. 65 Мы не сможем подробно рассказать истории византийских пчеловодов приграничных земель, которые были разделяли и оспаривали Византию и Сасанидский Иран или исламские государства раннего средневековья. Но, тем не менее, мы должны предположить, что крестьяне подобрали осколки жизней, разрушенные этими режимами и их представителями.Для византийского государства необходимость поддержания «безопасности» требовала концептуализации ландшафта как зоны возможностей, состоящей из деревень. Для византийских командиров качество «опыта» означало знание, как лучше всего использовать эту зону возможностей для предотвращения крупных и мелких поражений и обеспечения победы с наименьшими потерями. Частично они добивались этого, разрушая деревни, используя их и их жителей в засадах, отравляя и захватив их урожай, эвакуируя их и используя их для размещения солдат.Таким образом, деревни были центральным элементом византийской военной стратегии, которую я назвал «деревенской войной». На протяжении всего этого эссе я сопоставлял досовременные и современные способы ведения войны как явное напоминание о том, что деревенская война находится в воде, так сказать империалистического и националистического мышления. Игнорирование деревенской войны в прошлом и настоящем или приписывание ее преследования другому варвару означает закрывать глаза на тех, кто был перемещен войной, подтверждать оправдание страданий во имя безопасности и участвовать в различных формах имперской и колониальной ностальгии.Если позаимствовать наблюдение историка Санто Маццарино, империи могут быть «объектом бесконечной любви, а также бесконечной ненависти» 66. В этом эссе мы просили представить, что то же самое верно и для тех, кто живет на окраинах Византийской империи. как это было с теми, кто живет в тени империй недавнего прошлого.

Последние цены, характеристики и обзор Agri King T54 на 2020 г.

Цена: 6,15 000–6,75 000 вон

49 л.с. |